8 сентября 2019 г., в день 180-летия со дня рождения первого ректора Таврической духовной семинарии Высокопроесвященнейшего Архиепископа Арсения (Брянцева) в семинарском храме Трех Святителей г. Симферополь, учащими и учащимися Таврической духовной семинарии была отслужена заупокойная панихида.
 
***
Историческая справка:
 
Значительную роль в становлении молодой Таврической семинарии сыграл первый её ректор протоиерей Александр Дмитриевич Брянцев, с 1875 г. – архимандрит Арсений. Родился 27 августа 1839 г. в с. Волста-Пятница Юхновского уезда Смоленской губернии в бедной семье псаломщика. С 1851 г. учился в Вяземском ДУ, в 1857-1863 гг.- в Смоленской ДС. Окончил в 1867 г. КДА со степенью магистра  богословия за сочинение «Патриарх Кирилл Лукарис и его заслуги для православной Церкви». В период учебы в академии публиковал статьи в журналах «Труды КДА» и «Воскресное чтение».
В феврале 1868 г. епископом Чигиринским Порфирием (Успенским) рукоположен во священника, назначен законоучителем в гимназию мест. Белая Церковь.
С 1869 г. настоятель Печерской Воскресенской церкви в Киеве, законоучитель Киево-Подольской прогимназии, Киевско-Владимирской военной гимназии и Киевского епархиального женского училища. С 1872 г. священник и законоучитель Киевского института благородных девиц.
19 марта 1873 г. он был назначен ректором Таврической духовной семинарии, 9 апреля возведен в сан протоиерея. В течение апреля и мая прот. Александр посещал Киевскую семинарию, знакомился с устройством Санкт-Петербургской семинарии по памятной книжке, а затем приехал в Симферополь более чем за два месяца до открытия ТДС, по дороге подробно осмотрев Одесскую семинарию.  Прибыв в Крым, прот. Александр принял деятельное участие в окончании строительства семинарии. И благодаря предусмотрительности, распорядительности и энергии ректора, протоиерея Александра Брянцева, к 15 августа 1873 г. было все почти закончено. К этому времени для успешной работы и преподавателей и учеников, он, по сношении с Хозяйственным Управлением при Св. Синоде, выписал необходимые учебники и учебные пособия по составленному им каталогу книг, образовав семинарскую библиотеку. Кабинет физики был оснащён практически всем необходимым оборудованием, выписанным из Санкт-Петербурга, далее он только пополнялся, постепенно обогащался  и стоил до 3000 руб. Прот. Александр своевременно разработал обстоятельные и подробные  инструкции для инспекции, учащих и учащихся, ввёл в семинарии порядки строгие, при этом неизменно требовал, чтобы воспитание велось сообразно и соответственно целям семинарского образования, в духе Православной веры, в близости к Церкви и в послушании церковным уставам. Всякое уклонение от этих целей он строго преследовал, при этом старался близко держать себя с учениками; почти ежедневно посещал их, и по возможности не пропускал ни одного случая, заслуживающего замечания или похвалы. В каждый праздник или воскресный день, за час до литургии, собирал воспитанников в церковь и вел с ними религиозно-нравственные беседы. Эти беседы имели благотворное действие на учеников и приносили несомненную пользу.
При семинарской церкви из учеников были образованы  два хора певчих, богослужение заведено стройное и благолепное. Также из числа воспитанников составлен был оркестр; на инструменты духовенством епархии отпущены были деньги. Для пения и музыки отведен был особый зал. Гимнастикой воспитанники занимались регулярно. Было обращено прот. Александром серьёзное внимание и на физическую сторону семинарской жизни. Для прогулок учащихся им устроен был обширный сад (около 700 деревьев), сделавшийся украшением Симферополя. Земля под сад была подарена городом. Этот участок представлял собой пустое, засоренное и не безопасное место, прот. Александр обнес его приличной оградой и благоустроил, и учащиеся получили возможность в часы отдыха пользоваться чистым, здоровым воздухом в семинарском саду, не удаляясь от семинарских зданий.
Не оставлял прот. Александр своей заботой и преподавателей семинарии. В виду дороговизны жизни в Симферополе и для лучшего материального обеспечения наставников Таврической семинарии и привлечения в число их лучших педагогов, ректор чрез посредство правящего архиерея исходатайствовал пред Св. Синодом квартирное пособие в размере двух тысяч рублей.
В период ректорства прот. Александра Брянцева Таврическая семинария дважды подвергалась ревизии: в 1874 г. действительного статского советника С. В. Керского и в 1878 г. действительного статского советника И. К. Зинченко, – и оба нашли её состояние во всех частях в отличном порядке. Хорошее впечатление об устройстве и положении дел в Таврической семинарии получил и посетивший её в сентябре 1875 г. Обер-Прокурор Св. Синода граф Д. А. Толстой, и после чего прот. Александр был награжден орденом св. Анны 2-й степени.  Помимо этого за отлично-усердное служение был удостоен орденом св. Владимира 4-й степени в 1879 г. и тем же орденом 3-й степени в 1882 г.
26 апреля 1875 г. епископом Таврическим Гурием (Карповым) прот. Александр Брянцев был пострижен в монашество с именем Арсений, 27 апреля возведен в сан архимандрита.  Помимо ректорства в 1873-1882 гг. являлся редактором «Таврических епархиальных ведомостей», председателем симферопольского Александро-Невского братства, входил в совет Общества Красного Креста, в 1877-1882 гг. возглавлял епархиальный цензурный комитет.
Архиепископ Таврический Гурий (Карпов) всегда с любовью и вниманием относился к деятельному и энергичному ректору семинарии в Симферополе, отличал его своим доверием среди подчиненного духовенства и, на запрос митрополита Санкт-Петербургского Исидора (Никольского) о нем дал самый благоприятный отзыв. В свою очередь митрополит Исидор ходатайствовал перед Св. Синодом, который назначил 17 апреля 1882 г. архимандрита Арсения викарием Санкт-Петербургского архипастыря, епископом Ладожским. 30 апреля того же года архимандрит Арсений (Брянцев) покинул Симферополь.
 17 мая 1882 года хиротонисан во епископа Ладожского, викария Санкт-Петербургской митрополии. Хиротония состоялась в Свято-Троицком соборе Александро-Невской Лавры. Хиротонию совершали: митр. Санкт-Петербургский Исидор (Никольский); архиеп. Холмско-Варшавский Леонтий (Лебединский) и архиеп. Казанский Сергий (Ляпидевский) и другие.
В этом же году по совместительству назначен наблюдателем за преподаванием Закона Божия в светских мужских и женских учебных заведениях г. С.-Петербурга и его окрестностей и, кроме того, определен председателем Историко-Статистического Комитета и первенствующим членом Синодальной Конторы.
22 октября 1883 г. назначен в сане епископа ректором и профессором Санкт-Петербургской духовной академии. Это назначение преосвященному приходилось принимать при довольно трудных условиях. В Петербургской академии давно уже не было ректора из монашествующего духовенства: перед наречением преосвященного Арсения ректорство долго занимал о. Иоанн Леонтьевич Янышев, пользовавшийся, ввиду известной учености, выдающимся авторитетом. Студентами, отчасти и корпораций, назначение монашествующего лица, притом не бывшего прежде профессором, было встречено не особенно благоприятно. Однако, благодаря тактичности, простоте обращения и благодушию владыки, не произошло не только никаких эксцессов, но все устроилось к лучшему. В академии заметно поднялся и окреп дух церковности; затем начались между студентами дебаты о церкви, о духовной жизни, о подвижничестве, пробудился интерес, а затем постепенно и стремление к иноческой жизни, к монашеству. После 20-летнего перерыва начались в академии пострижения в монашество. Первым постриженником был студент 4-го курса Михаил Грибановский, впоследствии инспектор этой же академии и епископ Таврический. Всего же преосвященным Арсением пострижено было в академии за четыре года девять студентов, в том числе другой выдающийся архипастырь - преосвященный Антоний (Храповицкий). Всего викарием Петербургской митрополии преосвященный Арсений пробыл около пяти лет. В это время при его непосредственном участии и под личным его наблюдением выстроено было, между прочим, "Исидоровское", тогда 6-классное женское епархиальное училище. Немало потрудился над изданием описания С.-Петербургской епархии.
28 марта 1887 г. назначен епископом Рижским и Митавским.
За десятилетнее пребывание на Рижской кафедре он приобрел средства для постройки храмов, ввел духовные беседы с народом, устроил библиотеки и издал много брошюр духовного содержания. Его усердием создан женский Пюхтицкий монастырь, а в Риге основана Свято-Троицкая женская община и устроены почти во всех значительных городах епархии церковные склады книг религиозно-нравственного содержания. При всех церквах завел библиотеки, широко развернул миссионерские беседы, учредил при духовной семинарии Историко-статистический Комитет по описанию церквей и приходов Рижской епархии. Преобразовал Рижские Епархиальные Ведомости и на небывалую высоту поднял распространение популярных книг и брошюр религиозно-нравственного содержания, и кроме того, издал "Путеводитель по святым местам Киево-Печерской Лавры". Владыка часто посещал учебные заведения вверенной ему епархии и с большой любовью относился к учащимся.
15 мая 1893 г. за выдающиеся заслуги для Церкви возведен в сан архиепископа.
4 октября 1897 г. назначен архиепископом Казанским и Свияжским.
На Казанской кафедре особенной его заботой была миссионерская деятельность. Много магометан и язычников было крещено, а также и отпавших от Церкви (разных сектантов и раскольников) возвращено в православие.
Был утвержден почетным членом Казанской духовной академии.
В 1901 году награжден бриллиантовым крестом для ношения на клобуке.
8 февраля 1903 г. назначен архиепископом Харьковским и Ахтырским. На этой кафедре, сравнительно с Казанской и Рижской более спокойной и легкой (нет академии, менее инородцев) хотя и почетной, Владыка Арсений надеялся было на склоне лет несколько отдохнуть. Но здесь его захватили смутные годы русской жизни: сначала русско-японская война, требовавшая и от духовенства особого напряжения, а затем с осени 1905 года первая русская революция, бурно разразившаяся в Харькове.
Будучи по самой природе, характеру и воспитанию человеком истинно русским, владыка Арсений непоколебимо стоял в эти смутные годы на своем высоком посту стражем православия и законности и твердо, словом и делом, призывал к тому же духовенство и паству.
В последовавшие затем годы успокоения владыка Арсений, несмотря на свой преклонный возраст и частое недомогание, все-таки немало заботился о благоустроении Харьковской епархии и религиозно-нравственном просвещении паствы. С этой целью им было открыто в Харькове братство Озерянской иконы Божией Матери, с отделениями во всех городах епархии, а при братстве обширная миссионерская библиотека, в которую лично им пожертвовано более тысячи томов; расширена деятельность миссионерского совета, учреждены должности уездных и окружных миссионеров; выстроен епархиальный дом, и при нем открыта епархиальная библиотека, учреждено церковно-археологическое общество и музей, епархиальная типография; устроено второе женское епархиальное училище, расширены некоторые мужские училища; даже низшие чиновники консистории обеспечены приличными бесплатными квартирами, для чего выстроен прекрасный каменный дом; для вдов и сирот духовенства значительно расширена деятельность епархиального попечительства, учреждена вспомогательная похоронная касса, и, главное, почти при всех монастырях епархии устроены приюты для сирот духовенства.
Скончался 28 апреля 1914 г. после непродолжительной болезни в Харькове.
По личным качествам он отличался своей глубокой христианской верой, доброжелательством ко всем, особенно к людям бедным и любовью к народу.
Отличительной чертой характера владыки была простота обращения. Это был человек старого закала, старой школы, который любил действовать напрямик, апеллировать прямо к совести, к человеческому сознанию своего собеседника, безо всякой официальности. На подчиненных, на духовенство, особенно на студентов, когда был ректором, он любил покричать, "постращать" как следует. Редко к кому обращался официально на "Вы", обычная манера его была говорить всем, особенно своим ученикам "ты"; но это не было у него ни грубо, ни оскорбительно, а выходило как-то, хотя подчас и ворчливо, но по-отечески, по-стариковски. В случае какого-либо проступка со стороны подчиненных, учеников и т.п., владыка также не любил вести дело официально, но позовет к себе, покричит, постучит посохом, пригрозит и с миром отпустит. Студентам это нравилось, и они знали, что чем больше накричит о. ректор, тем скорее пройдет его гнев и дело забудется. Но когда нужно, умел быть и строгим. Особенно строг и требователен всегда был владыка к своим ближайшим помощникам и сотрудникам, в том числе и к своим викариям, руководствуясь, очевидно, в этом случае правилом: "кому много дано, с того много и взыщется".
Простота, прямота и непосредственность его натуры также сказывались и в проповедях, которые владыка обычно говорил почти при всех богослужениях, в которых принимал участие. Он любил беседовать с простым народом и народ любил слушать его проповеди, они были вполне доступны пониманию каждого; мысли в них изложенные, нередко иллюстрировались примерами и образами из повседневной будничной жизни прихожан. В своих последних, предсмертных распоряжениях владыка повелел также совершить погребение его, как можно проще, без всякой пышности и торжественности; запретил возлагать на гроб венки, нести в процессии знаки отличия, даже просил не произносить надгробных речей.
 
Подготовил проректор по воспитательной работе Таврической духовной семинарии протоиерей Владимир Чернецкий.